Самые большие и безумные инженерные проекты, которые остались нереализованными.

Поделиться с друзьями:

Самые большие и безумные инженерные проекты, которые остались нереализованными.

Они пылятся на архивных полках. И слава Богу. Можно только порадоваться тому, что в прогнозах на следующий век нет ни поворотов рек, ни плотин, перегораживающих проливы, ни гелиоцентралей, ни рукотворных озёр и морей на месте пустынь. И в этом есть нечто поучительное. Двадцатый век приблизился к своему завершению, и прежде чем поднять исторический занавес нового столетия, стоит оглянуться назад и припомнить ошибки. Например, великие проекты XX века, оказавшиеся скороспелыми, непродуманными прожектами. Замахнувшись на равновесие в природе, многие учёные и инженеры не затрудняли себя раздумьями о последствиях. Против неразумных строек века выступали не политики и академики, а публицисты и экологи. Публицистический стон в печати — это реакция самосохранения той части человечества, которую охватило чувство вины за итоги безрассудного отношения к планете. Будем надеяться, что в XXI веке реанимации опаснейших прожектов не произойдёт.
Один из первых глобальных планов преобразования планеты касался Сахары и назывался «Катара». Представьте себе африканскую равнину — пески и мелкие камни, беспощадная жара и ни одного оазиса. Такова солончаковая впадина Катара. Географы всегда называли её удивительной по плохому климату и загадочной по происхождению. Человек, попадая в эту пустыню, совсем не ощущает, что находится ниже уровня моря. Однако приборы показывают: он на 133 метра ниже уровня моря. Древние египтяне считали, что чаша образовалась под воздействием Солнца — его лучи просто-напросто испарили песок...
И вот лихие прожектёры решили наполнить впадину морской прохладной водой, сделать искусственное озеро, создать вокруг оазисы и курорты с яхт-клубами. Итальянские учёные в 1930 году предложили прорыть канал и пустить по нему солёную воду Средиземного моря. Казалось бы, всё просто и рационально. Но проект тогда никто финансово не поддержал. О нём вспомнили в 1960 году, когда стали модны разговоры о нехватке энергии. Тогда учёные разработали вариант, связанный с получением дешёвой энергии за счёт перепада уровней будущего озера и моря. Обещали миллионы киловатт-часов. К прожекту «Катара» поспешили присоединиться англичане, шведы, немцы, чехи и американцы, которые предложили для создания 80-километрового канала использовать не экскаваторы, а заряды атомных бомб... Но тут появились первые противники «великого проекта века»: через впадину Катара прокатились войска Роммеля и Монтгомери, оставив после себя тысячи мин и неразорвавшихся снарядов. На разминирование территории уйдёт много лет, ибо протяжённость впадины более 200 километров. Потом зашумели зкологи: сахарская жара повысит солёность озера, а его пористое дно даст выход концентрату, который создаст солончаки по всей округе. Получится не зелёный рай, а рассадник ядовитой пыли, которая с западным ветром ринется в долину Нила и сделает тамошние поля бесплодными...
Что ни говорите, а Сахара всегда мистически привлекала к себе внимание отчаянных прожектёров. К примеру, мюнхенский инженер Г. Зоргель предложил перегородить реку Конго высотной плотиной и пустить её воды в озеро Чад. Возникнет гигантское внутреннее африканское море, которое промоет новое русло аж до Средиземного моря и как раз через Катару. Пустыня наконец станет зелёной, ведь вода-то пресная. Слава Богу, проект квалифицированно забраковали, ибо мюнхенец не учёл, что грунты способны впитать в себя всю живительную влагу реки ещё на её пути к Сахаре. На этом карьера Зоргеля оборвалась, но эстафету не замедлили подхватить хитроумные японцы. Инженеры строительных концернов «Тойо» и «Сумидзу» предложили проект дождевания пустынь знойной Аравии и стран северной и северо-западной Африки. Японцам понравилась идея климатологов, будто над самыми жаркими песками пролетают невидимые облака, из которых из-за неблагоприятных физических условий не может выделиться влага. Вот если на их пути поставить горы, то живительная влага тут же выпадет на их склонах, где температура ниже, чем у подножия. Вода начала бы стекать вниз, где заранее следует подготовить места для оазисов. В лабораториях всё получалось превосходно — вода с макетов в кюветы капала. Но где взять горы? «Для нас, японцев, нет ничего невозможного,— заявляли инженеры из Страны восходящего солнца.— Отступим от побережья на два километра и возведём гряду искусственных шатров-холмов. Делаем железный каркас высотой 600 метров, обтягиваем полимерной плёнкой светлого цвета. Основу ткани составит сетка из жгутов стекловолокна, а сама ткань — это прочнейший тефлон, из которого делают паруса. Словом, всё предусмотрено». — Нет, не всё! — откликнулись английские эксперты.— Хребты возвести можно, можно даже получать воду. Но всё это лучше не затевать, иначе расцветут лишь узкие прибрежные зоны. Глубинные же районы за пластмассовыми хребтами лишатся малейших признаков влаги. Более того, там возникнут неизбежные восходящие потоки сухого воздуха, который понесёт бог весть куда песчаные бури, сжигая на своём пути редкие оазисы...
Пожалуй, в 1968 году в США не было ни одного писателя-фантаста или футуролога, который не предсказывал бы успех внедрения проекта по получению энергии за счёт океанического течения. Его поддержали Национальная академия наук и сенатский комитет по альтернативным источникам энергии. На чём держалась его заманчивость? Инженер С. Стилмэн предложил на дне Атлантики близ Флориды, где начинается Гольфстрим, установить горизонтальные гидротурбины. Для активации процесса перед всей системой устанавливаются направляющие паруса из лёгких сплавов и пластмасс. Энергия поступает на плавающие сверху баржи с трансформаторами, микропроцессорами и прочей техникой, а затем по подводному кабелю направляется в южные штаты. Проект получил название «Кориолис» в честь французского механика и математика, введшего в науку понятие экваториального ускорения. Идею проверили в лаборатории в Пасадене, после чего речи автора перед политиками и банкирами приобрели метафоричность: «Я предлагаю накинуть на Гольфстрим уздечку и превратить его в послушного першерона». Он не побоялся даже обещать американской нации «первый вечный двигатель». Но метафоры стали быстро иссякать после того, как независимые эксперты обнаружили, что инженер намеренно завысил мощность турбин. К этому добавились донесения дипломатов о негативной реакции скандинавской прессы на проект. Страны, издревле обогреваемые Гольфстримом, заподозрили, что ослабление подводного течения в самом его начале способно разбалансировать эту уникальную тепловую машину. Оно уйдёт в сторону Испании и проникнет в Средиземное море. Всё это повлияет на климат Западной Европы; моря близ Норвегии и Шотландии станут замерзать, как ледовитые моря по северному побережью Восточной Сибири. Заключительную ноту прислали швейцарцы. По их соображениям, энергетическое оборудование на дне океана неизбежно начнёт обрастать ракушками и потребует дорогостоящей очистки. Им даже не ответили: все комиссии, рассматривавшие проект, были расформированы.
Одним словом — всё, что ни делается, делается к лучшему». Мне известно, что Пётр Пудович прожил большую, трудовую и в общем-то благополучную жизнь. Может быть, действительно отец спас его, умолчав о кладе.

Автор – Герман Малиничев.

загрузка...

Комментарии:
Нет комментариев :( Вы можете стать первым!
Правила: В комментариях запрещено использовать фразу 'http', из-за большого кол-ва спама
Добавить комментарий:

Последние статьи:

Контакты:

Контакты администрации сайта :